Иран серьезно настроился и вступает в неравный бой за европейский газовый рынок. Европа обещает скупить весь газ у кого бы то ни было, объясняя это падающей внутренней добычей топлива и увеличивающимся спросом. Вопрос потребления газа особенно остро встанет с 2017 года, когда в ЕС откажутся от использования старых угольных электростанций, которые будут переведены на газовый режим. Европе газ хотят продавать все, включая тех, у кого нет ни надлежащей транспортной инфраструктуры, ни экспортных контрактов.
Вступление Ирана в газовую гонку я называю «неравным боем», потому что у этой страны есть все, кроме трубопроводов в Европу, иностранных инвестиций в строительство такой инфраструктуры и договоров. Действительно, международные санкции с Ирана могут скоро снять, действительно Иран, по данным BP, обладает самыми большими запасами газа в мире – 34 триллиона кубометров, но даже в среднесрочной перспективе в гонке за европейский газовый рынок эта страна уже сейчас сильно отстает от остальных.
Однако, похоже, что все это совершенно не беспокоит Иран. Заместитель министра нефти по международным отношениям и торговле Ирана Амир Хоссейн Заманиниа сказал в ноябре СМИ своей страны, что Тегеран готов продавать газ в Европу, даже если это окажется невыгодно с экономической точки зрения. “Это связано с тем, что мы хотим использовать экономические отношения для создания определенных политических связей”, – пояснил замминистра.
Видимо, Иран хочет использовать газ в качестве щита от возможных повторных международных санкций, так как Заманиниа считает, что “когда экономические отношения укрепляются, то политические разногласия сходят на нет, что снижает шансы на новые санкции”. И это понятно. Очередные санкции Ирану уж точно не нужны. Стране нужны газовые контракты. И как можно скорее. С помощью таких заявлений Иран озвучивает миру свое желание занять долю на рынке; и пусть эта доля на первом этапе будет неприбыльной, или даже не будет вовсе приносить дохода.
Аналогичным образом, но только в отношении нефти, поступает Саудовская Аравия, государственный бюджет которой трещит по швам при цене на нефть в 60 долларов за баррель, но страна упорно не хочет снижать добычу из-за опасений потерять свою долю на рынке. Ведь конкурентов вокруг много. Саудиты по вполне понятным причинам не уверены в том, что остальные снизят добычу вместе-дружно-планомерно, чтобы повысить мировые цены. Скорее всего, кто-то из соседей просто займет долю Саудовской Аравии на рынке. Кстати, госбюджет Ирана трещит по швам при цене на нефть в среднем 78 долларов за баррель.
“Ситуация с экономикой поставок в Европу иранского газа мне совершенно неясна. Если инвестировать, то нужно строить трубопроводы сейчас, пока цены на нефть низкие и, похоже, будут в пределах до 80 долларов за баррель еще много лет. Так или иначе, раньше, чем через 8-10 лет я сомневаюсь в наличии иранского газа в какой бы то ни было части Европы”, – сказал в беседе со мной трейдер, много лет работающий на Каспии, пожелавший остаться в статье неназванным.
В Европе вспомнили о возможности импорта газа из Ирана после российско-украинского конфликта, начавшегося в прошлом году. Но мешали санкции, ядерная программа, неясно, где Иран возьмет столько денег на строительство трубопровода и кто в Европе будет готов заключать контракты и покупать газ в условиях международного моратория. Да, в Европе никогда не скрывали интереса к иранскому газу, но сами европейцы весьма вряд ли станут вкладывать свои деньги в такой проект. Они скорее захотят дождаться, пока иранцы сами найдут выход.
По территории соседней с Ираном Турции строится газопровод TANAP, призванный, в частности, транспортировать газ из Азербайджана в Европу с 2020 года. По географическим и экономическим причинам Турция – наиболее очевидный путь доставки иранского газа в Европу. Много лет назад, задолго до развязки с ядерной программой, у Ирана была идея построить собственный газопровод в Европу через Турцию. Но идея осталась на бумаге – на собственные деньги строить свою трубу, мощностью 40 миллиардов кубометров в год, в условиях санкций это даже хуже, чем продавать газ “для создания политических связей”, как выразился замминистра нефти Ирана.
Что остается делать? Можно купить долевое участие в TANAP, или дождаться окончания строительства этого трубопровода, и подключиться к нему, когда все будет готово. Здесь возникает сразу много вопросов, например, захотят ли нынешние акционеры TANAP – азербайджанская SOCAR, британская BP или турецкая Botas продать часть своей доли Ирану. Ведь у нового акционера может быть несколько иное представление о ценообразовании на газ. Но даже при таком раскладе наличие доли в TANAP ничего коренным образом не решает. Нужно к TANAP еще свой газ подключить. Впрочем трубопровод из Ирана в Турцию существует – по нему Иран в прошлом году продал Турции почти девять миллиардов кубометров газа. Но его мощность составляет порядка 12 миллиардов кубометров в год, что никак не решает задачу Ирана по экспорту газа в Европу. Этот трубопровод нужен Ирану для продажи газа только Турции, которая за счет этого покрывает порядка 20 процентов своего спроса. По признанию ряда трейдеров на рынке, в сравнении с азербайджанским и российским, иранский газ обходится Турции значительно дороже.
Уже через пять лет Иран планирует нарастить добычу газа до 400 миллиардов кубометров в год с нынешних 170-175 миллиардов кубометров. Понятно, что спрос на газ внутри самой страны тоже будет расти, но остальную добрую половину газа нужно будет продать Европе, Индии, Китаю. Никуда из этих направлений трубопроводов пока нет.
Вагиф Шарифов, эксперт АМИ Trend
