Нумизматический музей миллиардера Вагита Алекперова пополнился Константиновским рублем. Монета за $ 2,6 млн стала самым ценным экспонатом его собрания
Организаторы аукциона Stack’s Bowers в Гонконге в апреле 2021 года не сомневались, что за этот лот развернется нешуточная борьба. Константиновский рубль — одна из редчайших русских монет. С начала 1990-х она выставлялась на продажу четырежды. Последний раз — в 2004 году в Нью-Йорке, где была куплена анонимным японским инвестором за $525 000. Этот же экземпляр появился на Stack’s Bowers с эстимейтом $400 000-$600 000. Сразу после начала торгов в игру вступило несколько биддеров. Под конец их осталось двое. Конкурент российского коллекционера сошел с дистанции на ставке $2,2 млн. С учетом аукционной комиссии цена продажи составила $2,6 млн. Имя покупателя стало известно широкой публике уже в конце мая, когда монета была выставлена в музее Международного нумизматического клуба (МНК), основанного президентом корпорации «Лукойл» Вагитом Алекперовым.
«Лимит был установлен заранее с учетом экспертной оценки уровня цен и предполагаемого спроса, — рассказал Forbes Life Вагит Алекперов. — Если бы стоимость поднялась выше, монету купил бы кто-то другой. Я был рад, что удалось приобрести и вернуть в Россию Константиновский рубль. Это важный этап в развитии музея и моей коллекции».
Из русских монет дороже только пробный рубль императора-ребенка Иоанна III (продан в 2012 году на аукционе Sincona за 3,6 млн швейцарских франков, или, в пересчете, $3,4 млн). Цена Константиновского рубля, конечно, не сравнится со стоимостью картин импрессионистов или императорских пасхальных яиц Фаберже. Зато в 20-граммовом кружочке серебра спрессовано столько загадок, сколько, пожалуй, ни в одной другой редкой монете Российской империи.
«Каждый экземпляр Константиновского рубля обладает уникальной историей, — отмечает Вагит Алекперов. — У нашего экземпляра прозрачное происхождение, хороший провенанс. Он отчеканен подлинными штемпелями. Более того, мы знаем даже, кем и когда».
Президент «Лукойла» верит, что старинные монеты — это сгустки истории, окошки в прошлое, источник удивительных знаний и впечатлений. Он увлекся нумизматикой в детстве, а первые серьезные приобретения сделал, работая старшим инженером в советской нефтянке. С середины 1990-х его главный нумизматический интерес — золотые монеты, античные и российские. Еще он собрал почти полную коллекцию царских платиновых монет. Среди предметов особой гордости — редкий вариант 10 рублей 1757 года императрицы Елизаветы, отчеканенные по спецзаказу для подарков 25 рублей 1876 года, также «спецзаказный» золотой 1902 года с двойным номиналом 37,5 рубля/100 франков и нетиражные платиновые 3, 6 и 12 рублей 1839 года (аукционная стоимость каждой из названных монет составляет не менее $300 000).
Узнав, что на продажу выставляется Константиновский рубль, Алекперов пошел на исключение из правил. «Меня проинформировали о появлении этой монеты эксперты музея, — рассказал Алекперов Forbes Life. — Было не так много времени для принятия решения, но нам удалось оперативно провести необходимые консультации. Появится ли в продаже какой-то другой экземпляр? Где? Сколько будет стоить? Будущее предугадать сложно, поэтому было принято решение участвовать в торгах в Гонконге».
Участников аукциона не смутило, что предлагался новодел конца XIX века. «По сути это ничего не меняет, — комментирует Игорь Лаврук, гендиректор крупнейшей московской нумизматической фирмы «Монеты и медали». — Рубли, изготовленные в 1825 году, сразу спрятали, Константин не держал их в руках. Поэтому не будет преувеличением сказать, что экземпляр, проданный в Гонконге, несет ауру тех же исторических событий».
Владелец Международного нумизматического клуба говорит, что не планирует отдельно собирать пробные монеты, хотя в коллекции они имеются как неотъемлемая часть истории чеканки. Например, в 2004 году в Нью-Йорке за $23 000 были куплены золотые 5 рублей 1755 года — вариант с Андреевским крестом, не принятый для регулярного чекана (сейчас такая монета стоит в 10 раз дороже). Но это, если можно так сказать, просто раритет. За ним не скрывается тайна, не окружает легенда. «Константиновский рубль — самая знаменитая русская монета, — подчеркивает Вагит Алекперов. — Посетители музея часто интересовались, представлена ли она в коллекции. Теперь каждый желающий может прийти и увидеть ее».
Первый известный владелец монеты из коллекции МНК — дореволюционный нумизмат Павел Зубов признавался близким друзьям, что заплатил за нее «страшную цену», но не говорил, у кого ее купил, и вообще не афишировал свое приобретение. До середины XIX века Константиновский рубль оставался государственной тайной и в документах Министерства финансов именовался не иначе как «известной монетой» — слишком драматичным был тот год, в который ее отчеканили. После смерти Александра I в ноябре 1825 года престол должен был перейти к его младшему брату Николаю, но об этом знали члены царской семьи и некоторые приближенные. Для всего мира наследником оставался великий князь Константин, на самом деле отказавшийся от своих прав. Однако вместо того, чтобы огласить секретный манифест почившего императора, Николай присягнул на верность Константину. Историки до сих пор гадают о причинах. Есть версия, что Николай желал публичного — то есть более легитимного — отречения брата от трона. Точно так же неясно, почему министр финансов Егор Канкрин (а он мог быть в курсе реального положения) спешно затеял изготовление пробных рублей с профилем Константина. За неделю были вырезаны три пары штемпелей и отчеканено несколько монет. В день завершения работы, 13 декабря 1825 года, великий князь Николай объявил о своем воцарении. Назавтра на Сенатскую площадь под предлогом защиты прав Константина вышли гвардейские полки. Восстание быстро подавили, началось следствие. А эскизы и экземпляры пробного рубля, штемпели и их оловянные оттиски были упрятаны под замок в особый архив Министерства финансов.
Лишь после кончины Николая I генерал Федор Шуберт, маститый нумизмат, осмелился рассказать, что у него имеется Константиновский рубль. Позднее выяснилось: эта монета была сделана «для себя» главным медальером Санкт-Петербургского монетного двора Яковом Рейхелем. В 1879 году по распоряжению Александра II секретный ящик в Минфине был распечатан. Все штемпели и один экземпляр пробного рубля император передал в Эрмитаж, один — оставил себе (сейчас хранится в ГИМе), а три — подарил: великому князю Георгию Михайловичу (этот рубль в конце концов оказался в США в собрании Смитсоновского института), великому князю Сергею Александровичу (монета теперь находится в частной зарубежной коллекции) и принцу Александру Гессенскому (с 1994 года данный экземпляр принадлежит российскому банкиру, предпочитающему сохранять анонимность).
До 1960-х казалось, что подлинных Константиновских рублей (подделки появились уже в XIX веке) существует всего шесть. Пока наследники ленинградского коллекционера «из бывших» не принесли в Эрмитаж еще один. Главный хранитель отдела нумизматики Иван Спасский признал его настоящим и очень сожалел, что руководство музея не посчитало нужным выкупить монету — она ушла за границу. На иностранном аукционе всплыл и восьмой экземпляр, тоже отличавшийся гладким гуртом и также происходивший из старой русской коллекции. Но откуда взялись эти монеты? Обоснованная версия появилась лишь со временем. Была найдена переписка Зубова с упоминанием легендарного рубля и архивные документы, позволившие предположить, что чеканку подлинными штемпелями в 1890-е тайно организовал Юлиус Иверсен — старший хранитель минц-кабинета Эрмитажа. Спектральный анализ монеты, купленной Алекперовым, подтвердил эту гипотезу. По ряду признаков можно полагать, что именно этот экземпляр принадлежал Зубову, чья коллекция когда-то считалась лучшей в Москве. Изредка переходя из рук в руки и неизменно скрываемая, монета пережила все потрясения XX века: революцию и гражданскую войну, опасное сталинское время и ленинградскую блокаду, когда на хлеб меняли все, что можно.
