10 февраля парламент Венесуэлы отказался согласовать увеличение доли «Роснефти» в совместном с государственной PDVSA (Petróleos de Venezuela) предприятии Petromonagas, что ставит под сомнение всю инвестиционную стратегию «Роснефти» в Венесуэле.
20 февраля 2016 г. PDVSA сообщила, что «Роснефть» хочет вложить $500 млн в проекты в нефтяном бассейне реки Ориноко в Венесуэле и докупить 23,33% в СП Petromonagas, на тот момент у российской компании было 16,7% в СП, а у PDVSA – 83,3%. Еще 9 февраля прошлого года топ-менеджер PDVSA Серхио Антонио Товар заявлял, что «Роснефть» уже увеличила долю в Petromonagas до 40%.
Однако начиная с апреля прошлого года, в парламенте началась критика этой сделки. Как сообщает венесуэльское издание el Mundo со ссылкой на Efe, ситуацию с весны изучал парламентский комитет по нефти и энергетике. Депутаты считают, что сделка ничтожна, и они большинством голосов приняли соответствующее заявление. По Конституции сделки с иностранными государствами и компаниями, затрагивающие общественные интересы, должны получить одобрение Национальной ассамблеи, тут такого одобрения дано не было, рассуждают в парламенте. Палата также поручила профильному комитету начать тщательное расследование этой сделки.
«Отвергаем увеличение доли российской государственной компании «Роснефть» до 40% в совместном с PDVSA предприятии Petromonagas без получения одобрения Национальной ассамблеи на это изменение структуры акционеров, которое требует Конституция», – говорится в постановлении. Парламент назвал продажу правительством госсобственности «изменой». Цену сделки в $500 млн депутаты назвали недостаточной, они сослались на мнение ряда экспертов в нефтяной сфере, которые считают, что приобретенная «Роснефтью» доля в СП в действительности стоит намного дороже. Депутат Элиас Мата выразил сожаление, что министр энергетики Эулохио дель Пино в начале прошлого года не обратился в парламент за консультациями по этой сделке.
Президент-социалист Венесуэлы Николас Мадуро – преемник предыдущего президента Уго Чавеса. Сотрудничество «Роснефти» с Венесуэлой достигло пика именно во времена правления Чавеса (умер в 2013 году), с которым главу «Роснефти» Игоря Сечина связывала личная дружба. Сейчас у компании пять СП с PDVSA, их суммарные запасы оцениваются в 20,5 млрд тонн нефти. Однако в парламенте страны большинство представляет оппозиция президенту. Она пытается проводить свою политику, но решения парламента регулярно отменяет лояльный Мадуро Верховный суд.
Венесуэльский политический и экономический кризис может обернуться для «Роснефти» потерей инвестиций. По данным информагентств, PDVSA просрочила поставки «Роснефти» и китайской CNPC 10 млн баррелей (1,4 млн тонн) нефтепродуктов и 3,2 млн баррелей (400 тыс. тонн) нефти на $750 млн, сообщило Reuters со ссылкой на внутренние документы венесуэльской госкомпании. Агентство пишет, что «Роснефть» предоставила Венесуэле $5 млрд, за которые та должна рассчитываться поставкой углеводородов. Однако из-за финансового кризиса PDVSA не может обеспечить бесперебойную работу на своих НПЗ, решить проблемы с отгрузками, а также рассчитаться с рядом контрагентов. Как уже рассказывал «Коммерсант» в июле 2016 года, между «Роснефтью» и PDVSA обсуждался также обмен Urals на тяжелую нефть венесуэльских месторождений. Нефть из Венесуэлы обычно поставляется на НПЗ в США и Германии.
«Роснефть» готова к новым инвестициям в проекты в Венесуэле, заявила в конце января 2017 г. PDVSA после визита в Каракас первого вице-президента «Роснефти» Эрика Лирона. На встрече обсуждалось развитие бизнеса. «Первый вице-президент «Роснефти» заявил, что его страна заинтересована в осуществлении новых инвестиций в различных сферах венесуэльской нефтяной промышленности», – говорится в сообщении PDVSA. Что это будут за капиталовложения, пока не раскрывается.
В «Роснефти» заявили, что сделка с PDVSA была законной. «У Национальной ассамблеи Венесуэлы, по заключению юристов, нет полномочий по принятию решений о действительности или недействительности данной сделки. Такими полномочиями обладает только Верховный суд Венесуэлы», — говорится в заявлении российской нефтекомпании.
Стратегия «Роснефти» по инвестированию в Венесуэлу изначально вызывала вопросы: ставка делалась на дружественность «режима», под «хорошие отношения» заключались сделки, подразумевающие, например, оплату ряда сделок местной валютой, резко обесценившейся в период кризиса. Кроме того, обращала на себя внимание политизированность «захода» «Роснефти» в Венесуэлу – Игорь Сечин закреплял свои позиции как неформальный куратор российской внешней политики в Латинской Америке, что подчеркивало его политический статус внутри российской элиты. Эта линия в итоге не выдержала испытания кризисом – и финансовым, и политическим, и привела к серьезным проблемам.
