Скоро Россия сможет поставить вопрос о пересмотре формата ОПЕК+. В основу сделки будет положен справедливый показатель – объём экспорта нефти, а не её добычи
Президент России Владимир Путин 15 февраля 2021 года встретился с главным исполнительным директором, председателем правления ПАО «НК «Роснефть» Игорем Сечиным. В ходе встречи были обсуждены итоги деятельности компании за 2020 год, а также организация работы в период пандемии коронавирусной инфекции.
В этот же день, 15 февраля, у президента России Владимира Путина состоялся телефонный разговор с наследным принцем Королевства Саудовская Аравия Мухаммедом Бен Сальманом Аль Саудом. Он прошёл по инициативе Саудовской Аравии. Обсуждалось двустороннее сотрудничество стран, соглашение ОПЕК+ и стабильность нефтяного рынка.
В заявлении по итогам разговора указывается, что «подчёркнут настрой на продолжение тесной координации России и Саудовской Аравии в интересах поддержания стабильности на мировом рынке энергоносителей». В ходе беседы были затронуты вопросы региональной проблематики, в том числе ситуация в Сирии и зоне Персидского залива.
Эксперты по нефтяному рынку отмечают, что данный телефонный разговор является первым в 2021 году, а также делают акцент на тот факт, что он состоялся за две недели до полноценной министерской встречи ОПЕК и союзных стран, не входящих в ОПЕК, на которой будут согласованы квоты на добычу нефти на апрель 2021 года.
Специалисты по энергетическому рынку выявили весьма важную закономерность. Мухаммед Бен Сальман Аль Сауд разговаривает с Владимиром Путиным в преддверии каждого системного решения в пакете ОПЕК+. Таким образом, можно констатировать, что между двумя странами налажено системное взаимодействие по регулированию рынка энергоносителей, и идут рабочие контакты на самом высоком представительском уровне.
Вернёмся к встрече президента с Игорем Сечиным. В ходе разговора глава «Роснефти» озвучил один важный показатель — операционные затраты компании (затраты на непосредственное извлечение нефти из недр) на баррель нефтяного эквивалента. В настоящее время для «Роснефти» они равны 2,8 доллара. Речь идёт об одном из лучших показателей в мировой нефтедобыче.
Следует заметить, что в 2019 году себестоимость добычи саудовской нефтегазовой компании Saudi Aramco составляла 2,8 доллара на баррель нефтяного эквивалента. Получается, что российская и саудовская компании имеют одинаковые себестоимости по добыче одного барреля нефтяного эквивалента.
Данный очевидный факт объясняет, почему длительная ценовая война Саудовской Аравии с Россией на рынке нефти потенциально невозможна. Что практически и продемонстрировала ситуация весны 2020 года, когда КСА попыталось за счёт демпинга вышибить Россию с её традиционных нефтяных рынков, однако быстро выдохлось и откатило назад.
По данным международного ценового агентства Argus, российский экспорт нефти в дальнее зарубежье в 2020 году продемонстрировал самое низкое значение за последние шестнадцать лет и составил 3,89 млн баррелей в сутки. В 2004 году этот показатель был равен 3,76 млн баррелей в сутки. Причиной такого падения в 2020 году называется пандемия коронавируса и сделка ОПЕК+.
В основе сделки ОПЕК+ лежат показатели добычи нефти. Конечно же, российские эксперты правы, когда говорят, что на мировые цены на нефть оказывают влияние именно объёмы её экспорта, а не объёмы её добычи, и что формат ОПЕК+ не является справедливым, в частности для России.
Это правда. Россия расходует на внутреннее потребление значительную часть нефти: в апреле 2020 года данный показатель был равен около 5 млн баррелей нефти в сутки, что составляло почти половину от уровня добычи.
А вот Саудовская Аравия на внутреннее потребление тратит незначительный объём добываемой нефти, в среднем около 2 миллионов баррелей в сутки. В октябре 2020 года королевство добывало 8,98 млн баррелей нефти в сутки, в ноябре 2020 года — 8,972 млн баррелей в сутки.
В то же время надо понимать, что политика — это искусство возможного. И лучше иметь пусть несовершенное, но работающее соглашение, обеспечивающее стабильность энергетического рынка, чем мечтать об идеальном. Кстати, за январь 2021 года, по данным Bloomberg, страны в рамках сделки ОПЕК+ сумели достичь соблюдения соглашения по сокращению поставок нефти на 99%.
Есть основания полагать, что скоро наступит время, когда Россия сможет поставить вопрос о пересмотре формата ОПЕК+: в основу сделки будет положен справедливый показатель — объём экспорта нефти, а не объём её добычи. Задача, конечно, архисложная. Надо будет в первую очередь убедить крупнейшего игрока — Саудовскую Аравию, которая в определённой степени должна будет поступиться своими интересами.
Однако для проведения любых изменений нужен удобный момент. Подходящая ситуация — это складывающаяся обстановка вокруг так называемой ядерной сделки с Ираном (СВПД — Совместный всеобъемлющий план действий). Можно говорить о двух базовых вариантах развития событий: первый — США возвращаются в СВПД и снимают экономические санкции с Ирана, второй — потенциальный военный конфликт в регионе между Ираном и Израилем при последующей поддержке США и их союзников.
При первом варианте на мировой рынок со временем поступит до 1 миллиона баррелей иранской нефти в сутки, что может дестабилизировать цены и создать проблемы для ОПЕК+. Данный фактор окажет прямое влияние на интересы Саудовской Аравии, России и Объединённых Арабских Эмиратов. Придётся заново договариваться.
В этом случае Королевству Саудовской Аравии в условиях ослабления хватки мирового гегемона в лице США, грядущего экономического подъёма Ирана из-за снятия экономических санкций и ожесточённого соперничества с Ираном за региональное лидерство сохранение хороших отношений с Россией будет совершенно не лишним.
При втором варианте развития событий мир ожидает резкий рост цен на нефть. Сохранение целостности нефтяной инфраструктуры Саудовской Аравии окажется под большим вопросом из-за наличия военных баз США на территории королевства и возможного прямого участия в военном конфликте против Ирана.
Всё это для Эр-Риада в перспективе означает слабую переговорную позицию при определении дальнейших правил игры на мировом нефтяном рынке и усиление позиций России, которая, естественно, не будет вмешиваться в военный конфликт, но может принять активное участие в послевоенном урегулировании.
Таким образом, в перспективе у России есть хороший потенциал для улучшения своего положения на рынке экспорта нефти. Главное — правильно воспользоваться складывающейся ситуацией. Данный прогноз, конечно же, не отменяет стимулирование более глубокой переработки нефти на своей территории, а также работы по расширению своей ниши рынка в других странах, например в Индии, которая в ближайшие 20 лет должна увеличить потребление нефти на 4 млн баррелей в сутки.
