Со времени официального начала строительства газопровода ТАПИ (Туркменистан–Афганистан–Пакистан–Индия) прошло уже два с половиной года, но складывается ощущение, что особых подвижек в этом направлении ожидать не стоит.
Под самый занавес августа, 31 числа, в Кабуле прошла церемония подписания «Меморандума о взаимопонимании по выбору земельных участков» для афганской части газопровода. И хотя стороны постарались придать этой церемонии максимум торжественности, у осведомленных наблюдателей новость не вызвала ничего, кроме скептической ухмылки.
Подписали меморандум, начали строительство, а земельных участков все еще нет
Причина проста – строительство афганского участка газопровода должно было завершиться в конце 2019 года – и вот теперь выясняется, что к настоящему времени не то, что прокладка труб не завершена – участки под них еще не выбраны.
И вообще, чем дальше от границ Туркмении, являвшейся главным идеологом этого амбициозного трансграничного проекта – тем призрачнее он становится, постепенно истончаясь до состояния некоего пиар-фантома, бродящего по центральноазиатским просторам. В Нью-Дели, Исламабаде о нем еще вспоминают – но не более того, а слова, как известно, без политической воли в нитку труб, уходящих за горизонт, превращаться не умеют.
И ведь на коронавирус не спишешь, поскольку всем прекрасно известны истинные недуги ТАПИ – во- первых, на него нет денег. После этого можно было бы и закончить, но ситуация усугубляется тем, что есть и во-вторых. А именно – утрата интереса к этому проекту со стороны Афганистана и Пакистана.
Получается, что газопровод нужен только Ашхабаду, который таким образом хотел бы диверсифицировать свой экспорт, то есть продавать газ не только Китаю, исправно забиравшего львиную долю того, что было добыто в Туркмении за последние годы. Вот только туркменская сторона от такого покупателя была явно не в восторге. Поскольку газ Пекин забирал в счет погашения уже предоставленных Туркмении кредитов. Итогом чего стала парадоксальная ситуация – газа на экспорт уходило много, а вот в казне денег становилось все меньше.
Получается, что газопровод нужен лишь Ашхабаду
ТАПИ был вполне реальным вариантом поправить финансовое положение Ашхабада, но вот тут-то и встал на его пути целый ряд проблем. Иностранные инвесторы проекта вели себя в полном соответствии с выражением «обещать деньги – совсем не означает их дать». Сулили-то многие, от Азиатского банка развития до Эр-Рияда и ОАЭ, а вот в реальности никто до сих пор так и не раскошелился.
Отговорка у всех одна – никто не может дать гарантий безопасности газопровода на афганской территории. Что совершенно верно – ни у официального Кабула, ни у движения Талибан, с которым тоже по поводу ТАПИ пробовали договориться, нет абсолютно никакого личного интереса в этом проекте.
Противоборствующим сторонам в Афганистане гораздо больше нравится предложение Ташкента: разрабатывать местные запасы газа, которые пусть и не слишком значительные, но текущие потребности страны вполне обеспечат. К тому же узбекская сторона четко прописала и Кабулу, и талибам их выгоды от принятия именно такой схемы. И как люди здравомыслящие, афганские элиты предпочли синицу в руке парящему в небесах высокой политики журавлю гипотетической прибыли от трансграничного проекта.
В итоге для афганцев ТАПИ превратился в нечто приятное как тема разговора, но совершенно необязательное к исполнению. Более того, афганская сторона в марте нынешнего года намекнула, что рассматривает вопрос об отказе приобретать газ ТАПИ, и намерена вести переговоры только о транзите туркменского газа через свою территорию.
Из всех участников проекта у Туркменистана все благополучно только с Индией
И что самое неприятное для Ашхабада – к такому же отношению пришел и Пакистан. И хотя там настроены не столь категорично, как афганцы, во всяком случае, от туркменского газа не отказываются, но финансирование проекта с конца прошлого года заморозили. А на днях и вовсе заявили, что никакой ответственности за любые потери газа во время транзита через территорию Афганистана нести не намерены. И будут оплачивать только те объемы, которые поступят на пакистано-афганскую границу.
Да и цены на газ, считают в Исламабаде, туркменской стороне стоило бы пересмотреть в сторону их серьезного уменьшения, а то как-то не слишком выгодно пакистанцам его покупать, дешевле будет приобретать СПГ, инфраструктуру приемки которого в порту Гвадар предложил отстроить Пекин в рамках мегапроекта «Китайско-пакистанского экономического коридора».
В итоге из трех остальных участников проекта у Туркменистана все благополучно только с Индией. Вся необходимая инфраструктура для приема трубы ТАПИ в конечной точке на пакистано-индийской границе в городе Фазилика уже построена, но вот присоединять к ней совершенно нечего.
И когда ситуация изменится к лучшему – то есть появятся инвесторы и возродится интерес афганцев и пакистанцев – конкретно сказать никто не может. Мелькают разные сроки – 2023, 2025, а то и вообще – 2030 год, но все это из области необязательных прогнозов. Ситуация на всем пути прокладки ТАПИ стремительно изменилась, то, что было привлекательно и казалось выгодным для 2015 года – сегодня выглядит совершенно иначе.
Объективных предпосылок к тому, что в проект придут серьезные деньги от иностранных инвесторов нет, актуальность газопровода для Афганистана и Пакистана под сомнением. И пока эти препятствия не будут преодолены, проект ТАПИ так и будет оставаться фантомом, существующим только в медийном пространстве.
Зохра Новрузова, специально для haqqin.az, Центральная Азия
