Нефтяные корпорации, которые называют Big Oil (большая нефть), по-прежнему являются крупнейшим игроком на мировом рынке нефти.
Они опережают любую страну по совокупной добыче «черного золота», а по газу уступают только США и России. При этом они не участвуют ни в каких сделках по заморозке добычи, хотя ведут бизнес в более чем сотне стран мира, включая государства-члены ОПЕК. Однако осталось ли за ними и то влияние, которое в 50−70-х годах приписывали «Семи сестрам» (крупнейшим нефтекомпаниям на тот момент)?
Сегодня к Big Oil относят американские Exxon Mobil и Chevron, французскую Total, итальянскую Eni, британскую BP и британо-нидерландскую Shell. Все вместе они добывают сегодня больше нефти, чем любая страна. По данным Управления информации Минэнерго США, в 2017 году Россия добывала 10,3 млн баррелей в сутки, Саудовская Аравия — 10 млн баррелей, а США — 9,4 млн баррелей. Весной Соединенные Штаты вышли в лидеры, достигнув показателя в 10,7 млн баррелей. Мировые нефтегиганты при этом все равно сохранили лидерство. По данным годовых отчетов шести компаний, их совокупная ежесуточная добыча нефти в 2017 году составляла 11,76 млн баррелей. А по газу Exxon Mobil, Chevron, Total, Eni, BP и Shell уступали только США и России. Если первые добыли в прошлом году 760 и 694 млрд кубометров, то шестерка Big Oil — 411 млрд кубометров. Сегодня мировые нефтегиганты представлены более чем в ста странах мира, но нигде не подпадают под ограничения по добыче и снижение показателей по отдельным членам Big Oil связано лишь с истощением действующих месторождений и продажей отдельных активов.
Ведущий аналитик Фонда национальной энергетической безопасности (ФНЭБ) Игорь Юшков говорит, что нынешние Big Oil серьезно отличаются от «Семи сестер» (BP, Exxon, Gulf Oil, Mobil, Shell, Chevron и Texaco). «Они больше всех добывают, но у них нет того контроля над нефтяными запасами, как был у „Семи сестер“. Он и позволял компаниям влиять как на конкурентов, так и целые государства», — отмечает эксперт. По некоторым оценкам, «Семь сестер» контролировали 85% нефтяных резервов, а Big Oil — 10%. «Ситуация изменилась после того, как был создан ОПЕК и крупные добывающие страны стали национализировать запасы и создавать государственные компании», — говорит Игорь Юшков. Таким образом, «Новыми семью сестрами» стали, по мнению Financial Times, китайская CNPC, саудовская Saudi Aramco, российский «Газпром», бразильская Petrobras, венесуэльская PDVSA, малазийская Petronas и иранская NIOC.
Как отмечает ведущий аналитик ФНЭБ Игорь Юшков, сегодня уровень влияния крупных нефтегигантов значительно снизился и они, например, в отличие от небольших добытчиков сланцевых нефти и газа не раскачивают цены. Кроме того, в нынешних геополитических противостояниях компании не могут защитить свои интересы. Так, лоббисты Exxon Mobil в Конгрессе США так и не смогли добиться того, чтобы для корпорации сделали исключение и разрешили работать в России. В то же время французский Total, несмотря на все заявления Брюсселя о защите европейских компаний от санкций США против Ирана, предпочел не рисковать и покинул иранское месторождение Южный Парс, уступив его китайской CNPC.
Тем не менее, шестерка Big Oil остается желанными гостями во многих добывающих странах, так как приносит с собой инвестиции и технологии. «Так происходило и происходит и в России. Total стал акционером НОВАТЭКа и проекта „Ямал СПГ“. Exxon Mobil — акционер проекта „Сахалин-1“ и участник еще нескольких сорвавшихся из-за санкций проектов с „Роснефтью“. BP является при этом акционером самой „Роснефти“. У Eni также было несколько сорвавшихся из-за санкций проектов с крупнейшей российской нефтяной компанией», — говорит Игорь Юшков. По его мнению, одним из плюсов крупных нефтяных корпораций является то, что сотрудничество с ними приносит в российский нефтегазовый сектор технологии, которых в России нет. «Сейчас их развивают и в Китае и России и неизвестно, сколько времени нефтегиганты будут удерживать лидерство. Но пока именно они, например, помогли создавать заводы СПГ на Ямале и Сахалине и готовы были к проектам по Баженовской свите и к сложным или глубоководным работам в Арктике и Черном море», — заметил эксперт.
По мере того, как в мире снижается значение нефти и растет роль экологически более чистых видов энергии, а небольшие компании активно разрабатывают сланцевые месторождения, бизнес-модель крупнейших нефтегигантов оказалась под угрозой. Их глобальные фондовые индексы находятся на самом низком уровне за 50 лет, сообщило агентство Bloomberg со ссылкой на отчет Goldman Sachs Group Inc. Поэтому шестерка Big Oil взяла курс на газ. Об этом заявили в каждой компании. При этом Total, Eni и Exxon Mobil уже участники крупных газовых проектов. Например, американская корпорация участвует почти во всех проектах Катара по сжижению газа.
«Возврат средств с проектов СПГ будет более низким, но, когда они запущены, маржа достаточно высокая, — заметил ведущий аналитик Wood Mackenzie Том Эллакот. — И эти проекты становятся постепенно именно территорией нефтегигантов».
