Энергетический кризис, в котором неожиданно для себя оказалась Европа, вынуждает коллективный Запад искать альтернативные России источники поступления газа. Судя по всему, американцы и европейцы сделали ставку на Туркмению, которая вновь получила шанс стать частью «Южного газотранспортного коридора».
Идея строительства Транскаспийского газопровода давно будоражит умы в Ашхабаде и Брюсселе. Туркменистан занимает четвертое место в мире по доказанным запасам газа, но из-за своего географического положения крайне стеснен в возможностях его экспорта. Соседи – Китай, Россия и Иран – беззастенчиво пользуются отсутствием у Туркмении альтернатив, покупая «голубое топливо» со значительными скидками либо для собственных нужд, либо для последующей перепродажи. Решением проблемы для Ашхабада стало бы строительство морского трубопровода по дну Каспия, который соединил бы его основные месторождения с газопроводами ТАНАП и ТАП, являющимися составными частями «Южного газотранспортного коридора», идущего на Юг Европы.
Однако на пути у Транскаспийского газопровода стояло несколько серьезных проблем:
Во-первых, до 2018 года строительству препятствовал юридически неурегулированный статус самого Каспия. Другие прикаспийские державы, в частности, Россия и Иран, были категорически против появления подобного газотранспортного маршрута.
Во-вторых, весьма неоднозначно к проекту относились и в Баку, опасаясь, что туркменский газ может составить конкуренцию азербайджанскому.
В-третьих, неясно было, кто конкретно станет оплачивать этот «банкет». Все заинтересованные стороны глубокомысленно кивали друг на друга.
В 2018 году все изменилось. Была принята Конвенция по Каспию, в рамках которой Ашхабад и Баку получили право построить подводный газопровод, невзирая на мнение других прикаспийских стран, в частности, России. (И зачем Москва это подписала?). Единственным сдерживающим фактором является необходимость получения у российского руководства положительного экологического заключения по проекту. Скажем так, это право «вето», но не отменительное, а лишь отлагательное. Пример «Северного потока-2» показывает, что можно годами тянуть процесс сертификации, как Дания, но разрешение все равно раньше или позже придется выдать. Помимо этого, Европа столкнулась с тяжелейшим энергетическим кризисом, который почему-то ставит в вину исключительно «Газпрому». Полностью туркменский газ российский не заменит, но может стать серьезным подспорьем в будущем.
Итак, что происходит в настоящее время на данном направлении?
На самом деле, начались весьма тревожные для «Газпрома» подвижки. В американском штате Флорида несколько месяцев назад была зарегистрирована компания-стартап под говорящим названием Trans Caspian Resources (TCR). Интересен состав ее участников, среди которых, например, бывший посол США в Туркмении Алан Мастард, управляет ею видный лоббист Берт Уотсон, а в консультативный совет входят два бывших высокопоставленных сотрудника британской энергетической компании BP, которая является крупнейшим инвестором в экономику Азербайджана и давно работает на Каспии. В чем же суть этого британо-американского стартапа?
Примерно в центральной части Каспийского моря у компании BP имеется нефтяное месторождение Азери-Чираг-Гюнешли (АЧГ), которое принадлежит Азербайджану. Неподалеку находится туркменское нефтегазоконденсатное месторождение Магтымгулы. Выделяемый при добыче нефти попутный газ сжигается в специальных факелах, что серьезно вредит экологии региона. Trans Caspian Resources предлагает построить небольшую трубопроводную перемычку по дну моря длиной всего в 42 километра между двумя этими месторождениями, чтобы перенаправить туркменский газ в азербайджанскую трубопроводную систему, идущую на Сангачальский газоперерабатывающий завод. Ориентировочные объемы поставки могут составить 10-12 миллиардов кубометров газа в год.
Звучит любопытно. Баку смог бы выкупать этот «лишний» газ и использовать по своему усмотрению, Ашхабад бы тогда получил дополнительную валютную выручку. Дополнительным бонусом проекта будет вклад в защиту уникальной экологии Каспийского моря. Судя по составу учредителей Trans Caspian Resources, у стартаперов все на мази. Складывается стойкое впечатление, что этот 42-километровый подводный трубопровод является первым реальным шагом к строительству полноценного Транскаспийского газопровода.
Что тут особо возразить против? Британо-американская компания сможет бить себя в грудь, указывая на реальную пользу экологии региона. Найти основания отказать стартапу будет весьма проблематично. Получив одно положительное заключение от России по Trans Caspian Resources, следующие, касающиеся строительства магистрального трубопровода, пойдут уже намного проще.
