Cоответствующие заявления сделали в ноябре топ-менеджеры ЛУКОЙЛа, «Газпром нефти» и «Роснефти»
Компании были вынуждены сократить добычу в рамках соглашения ОПЕК+ и на протяжении 2021 года мало вкладывались в бурение новых скважин. Теперь же по мере того, как приближается выход из сделки, у российской нефтяной отрасли могут возникнуть проблемы с быстрым наращиванием добычи.
Российским нефтекомпаниям придется резко увеличивать инвестиции в бурение для того, чтобы получить шанс воспользоваться всей своей квотой по соглашению ОПЕК+. 24 ноября ЛУКОЙЛ признал, что у нефтекомпании практически исчерпаны свободные мощности для повышения добычи. Как сообщил вице-президент ЛУКОЙЛа Павел Жданов, на начало ноября объем незадействованных мощностей по добыче составлял 30 тыс. баррелей в сутки (б/с), то есть нефтекомпания почти на 90% восстановила добычу на скважинах относительно уровня мая 2020 года, когда была возобновлена сделка ОПЕК+. Глава нефтекомпании Вагит Алекперов заявлял в ноябре, что свободные мощности ЛУКОЙЛа будут исчерпаны в январе—феврале 2022 года.
Это уже второе подобное заявление за неделю — 19 ноября замглавы «Газпром нефти» Алексей Янкевич говорил, что свободные добычные мощности компании будут исчерпаны к концу года. У «Роснефти» же таковых, возможно, на данный момент нет. Вице-президент «Роснефти» Эрик Лирон в августе оценивал свободные мощности в 25 тыс. тонн в сутки (около 180 тыс. б/с), однако 12 ноября он заявил в ходе телефонной конференции, что компания использовала эти мощности досрочно, чтобы обеспечить выполнение квот России в рамках сделки ОПЕК+.
В «Роснефти» и Минэнерго не ответили на запрос “Ъ”.
Сделка ОПЕК+ была возобновлена в мае 2020 года и подразумевала суммарное сокращение добычи ее участниками на 9,7 млн б/с. К настоящему моменту квота сократилась уже до 4 млн б/с. Участники сделки, согласно текущему графику, должны ежемесячно увеличивать производство на 400 тыс. б/с, чтобы в сентябре 2022 года полностью отказаться от сокращения добычи. При этом Россия и Саудовская Аравия изначально отсчитывали свою квоту от абстрактного уровня добычи в 11 млн б/с (обе страны должны были сократить производство на 22% от этой отсечки).
На декабрь квота России составляет 10 млн б/с, то есть теоретически у страны есть возможность нарастить добычу еще на 1 млн б/с (по 100 тыс. б/с в месяц). Однако вице-премьер Александр Новак в качестве «докризисного» уровня добычи в РФ называл цифру в 10,5 млн б/с (без газового конденсата, который не входит в расчет квоты).
Страны ОПЕК+ изначально при установлении квот стремились добиться как можно большего их абсолютного размера, то есть отсчитывали их от пикового уровня производства. Теперь, после полутора лет недоинвестирования и экономии на бурении, многие страны картеля сталкиваются с тем, что на практике не могут нарастить добычу даже для того, чтобы выполнить свою текущую квоту. Так, в августе страны ОПЕК+ не выбрали свои квоты на 1 млн б/с, в сентябре — на 700 тыс. б/с.
Повышать добычу ежемесячно на 100 тыс. б/с для России может оказаться непросто, для этого нужно увеличивать объемы бурения, что займет время, полагает Дмитрий Маринченко из Fitch. Возможно, в январе—феврале российские компании немного отстанут от графика, особенно учитывая традиционно сложные погодные условия зимой. Но на среднесрочном горизонте в несколько месяцев потенциал роста добычи в РФ еще примерно на 300–500 тыс. б/с, вероятно, есть, считает он.
«Последствия ограничений добычи 2020 года в рамках ОПЕК+ мы ощущаем в объемах бурения текущего года — по нашей оценке, снижение объемов бурения по итогам 2021 года составит 5%, что говорит о том, что компании с осторожностью отнеслись к планам ОПЕК+ по постепенному восстановлению добычи нефти»,— говорит Марина Мосоян из Vygon Consulting. Она отмечает, что главным источником наращивания добычи до сих пор были ранее остановленные скважины и стимулирование притока нефти, а не бурение. В результате ожидаемый прирост добычи в 2021 году составит 4% относительно 2020 года. Чтобы избежать падения добычи в 2022 году, без активного наращивания нового фонда скважин не обойтись, считает госпожа Мосоян, отмечая, что текущая цена на нефть стимулирует компании бурить новые скважины.
Дмитрий Козлов,
Газета Коммерсант
