Международная торговля нефтью, газом, металлами и зерном — узкий мир, и его участники не склонны рассказывать о себе и своих делах. Журналистам Bloomberg удалось их разговорить
Журналисты Bloomberg Хавьер Блас и Джек Фэрчи много лет пишут про рынок энергоносителей и считаются ведущими в мире по этой теме. Герои их книги «The World for Sale» — основатели Vitol, Glencore, Trafigura, Gunvor, Mercuria, Cargill и других практически неизвестных публике компаний, торгующих нефтью, газом, металлами, зерном на сотни миллиардов долларов.
23 сентября книга вошла в шорт-лист FT Business Book Award — самой престижной премии для бизнес-книг в мире.
Блас и Фэрчи прекрасно знают рынок и знакомы с его участниками. Поэтому в книге есть масса впечатляющих историй и интервью с важнейшими фигурами этого закрытого мирка, серьезная часть которого связана с Россией. Об этом они поговорили с книжным обозревателем «Денег» Вадимом Бараусовым.
— Как появилась идея книги про трейдеров?
Джек Фэрчи: Я занимаюсь темой природных ресурсов уже больше 10 лет, часть их них в качестве корреспондента Financial Times в Москве, а Хавьер в теме еще дольше. Нас обоих просто поражает, насколько интересны сырьевые трейдеры и насколько они важны и для товарного рынка и широкой мировой экономики, а также политики, и насколько мало про это написано. Особенно, если представить нас как журналистов, которые хотят узнать больше об этой отрасли — просто нечего прочесть. Нам показалось, что это какая-то ошибка.
Поэтому мы уже какое-то время думали о книге, тем более, что сейчас интересный момент на этом рынке, возможно, момент важнейших изменений. Смена поколений у трейдеров, расследования в отношении участия в коррупции и взятках в нескольких крупнейших компаниях, давление в связи с изменением климата, политикой многообразия — многое в этом бизнесе должно поменяться.
— Не думаете ли вы, что самое интересное в истории трейдеров уже было в 1970–90х? А сейчас это обычный, скучный бизнес, не такой, каким он был во времена известного трейдера Марка Рича?
Д. Ф. Да я бы не сказал, что он стал скучным. В книге есть свежие истории про то, как трейдеры делают сделки, имеющие огромное политическое значение в различных частях света. Это, например, финансирование трейдерами Курдистана в 2017 году, что подтолкнуло его к проведению референдума о независимости. Или у вас в России есть пример сделки по продаже госпакета акций «Роснефти» — очень политически заряженная сделка, которую сделал Glencore и Катар. Так что есть примеры того, что трейдеры и в наши дни занимаются более чем нескучными вещами.
— Вы давно и хорошо знаете бизнес трейдеров, но были ли какие-то важные, может быть даже скандальные открытия, когда вы работали над книгой?
Хавьер Блас: Наверное, один момент стал для меня сюрпризом. Когда мы говорили с людьми, которые работали еще в 80-е и 90-е, мы увидели, насколько естественным для отдельных трейдеров, не будем говорить обо всех, во многих странах было платить за закрытие сделок комиссии, под которыми чаще всего имелись в виду взятки. Это не то чтобы секрет в самой отрасли, но для меня видеть, что это воспринималось как абсолютно нормальная часть бизнеса, было шоком.
Д.Ф. Я добавлю, что у нас не было цели написать книгу о скандалах в этой сфере. Мы хотели рассказать про малоизвестную отрасль бизнеса, объяснить как она работает и почему она так важна. И да, в книге есть рассказы о скандальных моментах, каких-то более известных, каких-то менее, каких-то совсем не известных, которые мы осветили, но не в этом было наше намерение.
— Как видно из книги, трейдерские компании создавались талантливыми людьми-трейдерами. Что, как вы думаете, привлекало их идти именно в этот бизнес?
Х.Б. Возьмем таких трейдеров, как Айвэн Глазенберг из Glencore или Иэн Тейлор из Vitol — тех, кто в свое время ездили по разным странам и заключали сделки с физическим товаром. У них было ощущение приключений, интереса к политике, к тому как устроен мир. И еще у них был интерес к построению отношений. Можно быть успешным трейдером на рынке акций и облигаций и все, что для этого нужно, это компьютер, а сейчас можно вообще работать из дома. Для сырьевых трейдеров все совсем по-другому.
И еще важен дух предпринимательства. Те менеджеры, которых я упомянул — они не были основателями, но они были теми, кто реально создал компании, хотел сделать их такими, как мы видим сегодня. Они торговали, но они и строили бизнес, это именно комбинация этих двух качеств, которая их отличает.
Хавьер Блас (слева) и Джек Ферчи
— Есть ли место для новых сырьевых трейдеров или рынок поделен?
Д.Ф. Сейчас создать независимого трейдера с нуля очень сложно. Требования со стороны банков, комплайенс и т.п. стали намного строже. И для этого бизнеса очень важен масштаб, так что новые сырьевые трейдеры чаще всего связаны с государствами — как экспортерами, так и импортерами сырья.
И еще мир стал намного более прозрачным, информация стала доступной всем. Это же было огромным преимуществом сырьевых трейдеров — они были единственными людьми в мире, которые знали реальную цену товара. Сейчас этого нет, все сразу можно найти в Google.
— Как бы вы описали взаимоотношения России и сырьевых трейдеров?
Д.Ф. Очевидно, что Россия — один из крупнейших источников сырьевых ресурсов, должна была много значить и много значила для трейдеров и для нашего повествования. Мы не случайно начинаем историю c поездки в Москву одного из «пионеров» — Теодора Вайзера из Mabanaft, добившегося сделки с советской нефтью, первой со времен Рокфеллера.
Мы видим, что Советский Союз и, в дальнейшем, Россия были чрезвычайно важны для трейдеров, но и трейдеры в разные период времени были важны для вашей страны как связь с международными рынками. После распада СССР они пришли на рынок тогда, когда экономика находилась в состоянии свободного падения, сыграли важную роль в предоставлении начального капитала тем, кто в дальнейшем стал олигархами, и у нас в книге есть комментарии этих событий трейдеров того времени.
И в дальнейшем в 2000-е, в период бурного роста Китая, который стал локомотивом роста цен на сырье, главным источником спроса на него, трейдеры помогли выводу российских ресурсов на рынок и доставке их в Китай, неплохо зарабатывая в процессе.
— Можно ли как-то оценить влияние трейдеров на российскую экономику, позитивно или негативно?
Д.Ф. Ну, это правда, что сырьевые трейдеры, особенно в начале 90-х, покупали российское сырье экстремально дешево и получали огромную прибыль, продавая его по мировым ценам. И это те деньги, которые сами россияне не получили. Но здесь есть и контраргумент: кто-то должен был заняться этим — покупать сырье в России и поставлять его на глобальный рынок. Никого другого не было. Часть истории трейдеров — предоставлять услуги по экспорту, импорту или хранению там, где никто другой это не делает. Так что здесь нет черно-белой картины.
— А вы не хотели бы написать отдельную книжку про Россию и ее работу на рынке энергоносителей? Может быть, про Роснефть, учитывая особые отношения Bloomberg и «Роснефти»?
Д.Ф. : Да, у нас есть много хороших историй, для которых не хватило места в первой книге, но всему свое время.
Х.Б.: Думаю, нам нужен отдых, прежде чем мы займемся второй книгой. Мне точно нужен отдых.
The World For Sale: Money, Power, and the Traders Who Barter the Earth’s Resources Javier Blas, Jack Farchy
Random House Business, 2021
