У программы перевода российских автомобилей с бензина и дизтоплива на газ появляется серьезный противник — и не просто рыночный конкурент, а претендент на внушительные государственные субсидии.
Министерство экономического развития РФ объявило о планах развития электротранспорта.
В течение ближайших девяти лет – до 2030 года, по замыслу министерства, федеральный бюджет и внебюджетные должны выделить 153,5 млрд рублей как часть суммы в 420 млрд, чтобы частично профинансировать новую инфраструктуру для зарядки электромобилей.
Если электрификации отечественного автотранспорта будет и в самом деле дан ход, это способно сократить ассигнования на строительство газозаправочных станций. Дело в том, что программа перехода на газомоторное топливо тоже нуждается в государственных средствах.
Дочернее предприятие «Газпрома» – ООО «Газпром газомоторное топливо» (ГМТ) постоянно обращается в правительство за льготами и субсидиями. Рассматриваемый с этой точки зрения «побочный» бизнес газового гиганта совершенно не похож на коммерчески рентабельное предприятие и, по-видимому, выживает только потому, что паразитирует на госбюджете.
В середине мая «Коммерсант» сообщил, что Минэкономики сформировало первые параметры концепции развития электротранспорта в России общей стоимостью в 418 млрд руб. Из федерального бюджета на развитие электротранспорта до 2024 года планируют выделить 31,3 млрд руб.
Согласно цели правительства, рост доли электромобилей на рынке с 0,1% вырастет до 15% в 2030 году. А общий парк электромобилей достигнет 1,5 млн машин. Пилотными регионами, помимо Москвы и Санкт-Петербурга, станут Сочи, Севастополь, Калининград и Казань.
В октябре прошлого года, например, советник генерального директора ГМТ Сергей Колин признал, выступая на круглом столе в Аналитическом центре при правительстве РФ, что расширение программы развития газомоторного топлива с 27 до 60 регионов нуждается в 60 млрд руб. из госбюджета. На каждую из заправок государство должно потратить не менее 40 млн руб. из общей суммы 120 млн. Государство, как считают в «Газпроме», должно к тому же оплатить анализ эффективности этой программы, выделив на это дополнительно 60 млрд руб.
Газпромовские чиновники неплохо устроились. Финансовая подкормка им обеспечена тем более, что компания получила от правительства статус «единого оператора по развитию рынка газомоторного топлива Российской Федерации». А официально признанный монополист может максимизировать свои издержки и рассчитывать на погашение потерь за государственный счет. При этом реально воплощать в жизнь широко рекламируемые планы у «национального достояния» не очень получается.
О том, как «Газпром» выполняет собственные обещания по распространению в России газомоторного топлива, говорят цифры. В 2007 году «Газпром» принял стратегию развития газозаправочной сети, в соответствии с которой в 2007-2015 годы предполагалось увеличение количества АГНКС (автомобильная газонаполнительная компрессорная станция — прим. ред.) практически в два раза за счет строительства 200 новых заправок. (В 2007 году в России функционировало порядка 220 газовых заправок, из которых «Газпрому» принадлежало около 190). Стратегия было сорвана: сейчас, если верить газпромовскому сайту, в России работают 285 газпромовских АНГКС, то есть число их выросло с 2007 года меньше чем на 100 единиц, хотя планировали увеличить на 200 — и не к 2021, а к 2015 году.
С учетом станций в компании тоже не все в порядке. По корпоративным сайтам гуляют цифры 276, 281, 284, 285 и 294 АНГКС, и сколько их на самом деле работает, точно не известно. Обещание построить еще 172 станции вызывает сомнения: инвестиционная программа «Газпрома» на 2021 год, к примеру, предусматривает строительство всего 8 «объектов для реализации» компримированного и сжиженного природного газа. Для заправки сжиженным газом, кстати, «Газпром» открыл всего три станции.
Сколько-нибудь значительного прогресса в переводе автотранспорта на газ ожидать не приходится. В российском автопарке на компримированном метане работает, по данным NGV Global, меньше одного процента машин, а именно это направление сделал для себя приоритетным «Газпром», который не проявляет интереса к заправкам на пропане. Не зависимые от монополиста коммерческие компании проявляют намного больше рвения в снабжении российских автомобилей газом. Сейчас на карте страны значится более 600 АГНКС и КриоАЗС, и газпромовских здесь меньше половины.
Продвижению газомоторного топлива в России мешают несколько факторов. Один из них — монополизм «Газпрома», который не только срывает собственные и правительственные планы, но и создает препятствия в доступе к его газотранспортной сети, на что недавно жаловалась в правительство «Роснефть».
Однако все эти негативные обстоятельства, похоже, меркнут перед общемировой тенденцией декарбонизации, то есть отказа не только от нефти и угля, но и от природного газа с их «углеродным следом» в атмосфере. Борьба сейчас разгорается не между газомоторным топливом и электромоторами в автомобилях, а между автомашинами с аккумуляторами и автомашинами с водородными топливными элементами. Переход с бензина и дизтоплива на газ приходится рассматривать как временную меру в сокращении выбросов углекислого газа. Для многих стран мира «зеленая» стратегия заключается в отказе от ископаемых энергоносителей сразу, без «мостика» в виде газа.
Не исключено, что инициатива Минпромразвития по развитию электротранспорта продиктована пониманием долгосрочного направления мировой энергетики. Если это так (и если инициатива найдет поддержку в правительстве), газомоторное топливо превратится в тупиковую ветку развития, на которую страна не должна тратить силы и средства.
Михаил Крутихин – партнер RusEnergy
