Избыток мировых запасов нефти, накопившийся во время пандемии коронавируса в прошлом году, почти исчез. Эксперты не ожидают, что это окажет существенное влияние на нефтяные цены, но не исключают вероятности их роста при соблюдении ряда условий.
По состоянию на февраль в хранилищах едва осталась пятая часть излишка, который хлынул в резервуары для хранения нефти в развитых странах в прошлом году, следует из апрельского отчета по нефтяному рынку Международного энергетического агентства (МЭА).
Если в июле 2020 года в хранилищах развитых стран размещалось на 249 млн баррелей больше среднего значения за 2015-2019 годы, то в феврале этот излишек сократился до 57 млн баррелей. Эту тенденцию эксперты Bloomberg объяснили восстановлением спроса на топливо и ростом цен на нефть.
Улучшение экономических перспектив привело к стабильному подорожанию “черного золота” с ноября, констатирует МЭА. Так, средние цены на нефть в марте увеличились примерно на 3,35 доллара за баррель по сравнению с предыдущим месяцем и резко — на 32 доллара за баррель – выросли по сравнению с прошлым годом. В настоящее время цена на нефть марки Brent составляет около 63 долларов за баррель, а на нефть марки WTI — 60 долларов за баррель.
Зачем нужны запасы
Одним из уроков нефтяного кризиса 1970-х — начала 80-х годов стало создание нефтяных резервов в качестве буфера между спросом и предложением, напомнил главный экономист и руководитель исследовательской группы Next Generation банка Julius Baer Норберт Рюкер.
“Запасы нефти – это гарантийный инструмент, который поддерживает экономику даже во время серьезных перебоев в поставках нефти. Как следствие, соответствующий уровень нефтяных резервов для страны всегда представляет собой определенный уровень доступной нефти с точки зрения покрытия импорта или спроса, рассчитанный в днях. Отчасти стандартным является покрытие в течение 60 дней”, — пояснил он.
Запасы являются ключевым фактором, определяющим колебания фьючерсов на нефть. Нефтяные резервы являются индикатором баланса нефтяного рынка и, следовательно, его фундаментального состояния. Уровень резервов выше среднего означает более низкие цены на нефть, ниже среднего — более высокие, чем обычные цены на нефть. Сегодня, отражая силу мирового спроса на нефть, мы наблюдаем общее снижение уровня запасов и, таким образом, рост цен на нефть, указал эксперт.
Прочие факторы
Однако фактора запасов недостаточно, чтобы говорить о возможном дефиците нефти на рынке и ее подорожании, уверены опрошенные “Прайм” аналитики.
Как правило, снижение запасов нефти рассматривается как признак того, что баланс на рынке смещается в сторону спроса. Однако хранилища далеки от истощения — исчерпан только избыток, возникший во время пандемии. А уровень запасов нефти лишь приближается к среднему за пять лет до 2020 года, поясняет старший аналитик банка “Уралсиб” Алексей Кокин.
Кроме того, в отчете МЭА речь идет только о складских запасах нефти и нефтепродуктов в странах ОЭСР. За пределами же ОЭСР находятся такие крупные потребители, как Китай и Индия. Уровень китайских запасов точно не известен и может быть значительно выше уровня начала 2020 года, отмечает аналитик.
Вместе с тем, важным показателем баланса спроса и предложения на рынке нефти остается уровень добычи. А как известно, его регулировать научились, в частности, силами ОПЕК и ряда не входящих в организацию стран.
Так, например, в апреле прошлого года для поддержания уровня цен картель согласованно снизил объемы добычи примерно на 10% (порядка 10 млн баррелей в день). “При восстановлении спроса может быть согласовано повышение квот”, — считает аналитик “Фридом Финанс” Елена Беляева.
В МЭА полагают, что к середине года свободные мощности добычи все еще будут составлять 6 млн баррелей в сутки – то есть, более 6% мировой добычи — не считая 1,5 млн баррелей в сутки, остановленных в Иране в связи с санкциями.
“То есть, ежемесячная калибровка в зависимости от спроса может дать возможность лавировать между наращиванием или же коррекцией, если само восстановление спроса не будет равномерным”, — говорится в отчете.
Предсказать непредсказуемое
Давление же на нефтяные котировки в ближайшие месяцы окажет рост мировых поставок нефти, который сместит рынок от дефицита запасов к балансу, считают в МЭА.
Мировая добыча уже росла в марте, увеличившись на 1,7 млн баррелей в день, поскольку добыча в США восстановилась после резкого падения в феврале, также выросло предложение со стороны ОПЕК +.
Еще больше нефти на рынке ожидается после того, как уровень добычи в мае начнет повышаться согласно достигнутому в апреле соглашению министров стран ОПЕК+.
Впрочем, есть факторы, которые способны нарушить хрупкое равновесие на рынке нефти. В первую очередь, это ухудшение эпидемиологической обстановки в мире.
“До сих пор растет уровень заболеваемости в Индии, сложная ситуация сохраняется в Европе, в Японии”, — говорит Беляева.
Кроме этого, при дальнейшем повышении цен на нефть могут увеличиться объемы нефти, добываемой сланцевыми компаниями в США.
Ещё одним неприятным событием для нефтяной отрасли может стать частичное снятие санкций с Ирана, если у страны получится найти компромисс с США и вернуться к “ядерной сделке”, добавляет аналитик.
Таким образом, на рынке действует множество других факторов, помимо снижения излишка запасов нефти, и что окажет большее влияние, прогнозировать сложно. Об этом свидетельствуют и неоднозначные прогнозы экспертов. По мнению Кокина, говорить о быстром росте цены Brent выше 70 долларов за баррель преждевременно.
В свою очередь, Рюкер утверждает, что тенденция к снижению уровня запасов продлится до середины года. “Таким образом, ожидаем, что цены на нефть вырастут значительно выше 70 долларов США за баррель в ближайшие месяцы”, — заключил он.
