60 лет назад было открыто Мегионское нефтяное месторождение
21 марта 1961 года забил нефтяной фонтан из первой скважины на территории Югры. Открытие сделала геологоразведочная экспедиция под руководством Фармана Салманова. Свой успех он сравнивал с полетом Юрия Гагарина. Сегодня в ХМАО добывается почти половина российской нефти.
60 лет назад геолог-нефтяник Фарман Салманов открыл нефтеносный пласт в районе поселения (ныне город) Мегион на территории современного Ханты-Мансийского автономного округа (ХМАО). 21 марта 1961 года забил первый нефтяной фонтан в Среднем Приобье и один из первых – в Западной Сибири. Так началась промышленная нефтедобыча в ХМАО, где сегодня добывается более 40% российской нефти (во всей Западной Сибири — 70%).
В 1955-1957 годах Салманов работал начальником Плотниковской, затем старшим геологом Грязненской нефтеразведочных экспедиций в Кемеровской области. Он считал бесперспективным поиск нефти в Кузбассе, а потому увел свою группу в Сургут, где, на его взгляд, геологоразведка была обязана дать положительные результаты. Салманов продолжал бурение, несмотря на распоряжения руководства прекратить это дело. Поэтому, чтобы не нагнетать обстановку, начальство подписало задним числом приказ о переброске экспедиции Салманова в Сургут. Бесплодные усилия увеличивали скептицизм по отношению к его затее.
Тем не менее, начальнику разведочной экспедиции удалось добиться своего.
Когда пошла нефть в первой скважине Мегионского нефтяного месторождения, Салманов отправил своим оппонентам телеграммы следующего содержания: «Уважаемый товарищ, в Мегионе на скважине №1 с глубины 2180 метров получен фонтан нефти. Ясно? С уважением, Фарман Салманов».
Впрочем, на первых порах успех экспедиции объясняли природной аномалией. Специалисты практически не сомневались, что через пару недель скважина иссякнет и другой нефти в регионе не найдут. Однако вскоре забил фонтан из второй скважины в районе Усть-Балыка. Своему непосредственному начальству Салманов отрапортовал: «Скважина лупит по всем правилам». Кроме того, он послал телеграмму первому секретарю ЦК КПСС Никите Хрущеву.
«Я нашел нефть. Вот так, Салманов», — сообщал геолог.
В промышленную разработку участок запустили через три года. Мегионское месторождение до сих пор считается одним из крупнейших в России. На его территории пробурено свыше 500 эксплуатационных скважин, из которых действует более половины. Глубина бурения составляет от 1690 до 2237 м. Ценность запасов нефти Мегионского месторождения повышается из-за небольшого содержания в ней парафинов, которые могут негативно влиять на процесс добычи, забивая оборудование и требуя постоянной очистки.
В середине 1960-х были открыты Самотлорское, Мамонтовское и Правдинское месторождения. С этого момента началось развитие Западно-Сибирского нефтегазового комплекса.
«Я неплохо учился и знал, что в Кузбассе нефть искать бесполезно, — рассказывал Салманов в интервью «РГ» в 2005 году. — Несколько лет я там честно проработал, а потом мы решили тайком уехать и начать разведывательные работы под Сургутом. К тому времени я уже был начальником участка и у меня работали 150 человек. Шуму было много, мы же связь отключили. С должности меня хотели снять. Но в конце концов разрешили остаться. Сначала ютились на вокзале вместе с женами и детьми. А 21 марта 1961 года, на мой любимый азербайджанский праздник — Новруз байрам, первая скважина в районе селения Мегион дала фонтан нефти. Я прыгал и кричал: «Мы победили!». Потом нас Хрущев к себе вызывал, я лично ему докладывал обо всем и сказал: открытие сибирской нефти как полет Юрия Гагарина. Тогда все улыбнулись и восприняли это как шутку. Но сегодня с уверенностью можно сказать, что это самый богатый район — нефти там хватит еще лет на 50-100».
В 1987-1991 годах Салманов работал заместителем министра геологии СССР. По его словам, он вынужденно покинул должность, поскольку отказался участвовать в приватизации. Уже после распада СССР геолог занимался поисками нефти и газа в Калмыкии.
Всего же за свою карьеру он открыл или участвовал в открытии более 130 месторождений.
«В сущности, опершись на Сибирь и еще на некоторые, пока заповедные районы, человечество могло бы начать новую жизнь. Так или иначе очень скоро ему придется решать главные проблемы: чем дышать, что пить и что есть, как, в каких целях использовать человеческий разум», — заключал Салманов.
В наше время проблемы добычи нефти в Западной Сибири связаны с постепенным естественным истощением ресурсной базы из-за длительного периода разработки основной части месторождений, а также с высокой обводненностью добываемой нефти, необходимостью применения вторичных и третичных методов увеличения нефтеотдачи пластов, достаточно большим фондом простаивающих скважин.
При этом некоторые месторождения в Западной Сибири продолжают наращивать добычу нефти.
Согласно экспертам, при стабилизации и постепенном снижении добычи нефти в ХМАО будет происходить ее рост в Ямало-Ненецком автономном округе. Отмечается также, что на новых месторождениях Восточной Сибири извлекать нефть значительно сложнее, чем в Западной Сибири: углеводороды там залегают глубже, поэтому их добыча обходится дороже.
«Сегодня нельзя серьезно говорить о природно-геологических ограничениях для эффективного наращивания нефтедобычи в Западной Сибири. Этот регион таит в своих недрах неисчерпаемые и зачастую непознанные возможности. Для их реализации необходимы лишь твердая воля, истинно государственный подход к делу и широкое применение как современных геологических концепций, так и инновационных технологий разведки и освоения нефтяных богатств Западной Сибири», — констатировал доктор геолого-минералогических наук Владимир Славкин в своей статье «О природно-геологической составляющей роста добычи нефти в Западной Сибири».
