Промышленность, тем более нефтегазохимическая — это не капитализация кипятка на продаже чая в ресторане. Но даже рестораны как вид бизнеса периодически поднимают вопросы о необходимости господдержки, особенно по части налогового администрирования. Говорить о необходимости поддержки нефтегазохимического комплекса, тем более — с нуля, вовсе не приходится. Слишком уж много подводных камней, да и «удовольствие» явно дорогое с нескорой окупаемостью. Поэтому одного желания развивать подобную промышленность мало, никто не рискнет вдолгую собственными инвестициями без поддержки государства. Точнее, рискнуть-то, может быть, рискнут, да, только позже продукцию никому продать не смогут. Неконкурентоспособной она будет на внешнем рынке, а внутренний рынок потенциальные объемы товаров априори не переварит. Более того, когда речь идет о локализации производств в России, с использованием отечественного оборудования и мультипликации здесь же в России эффекта от запуска таких производств, государство вряд ли может оставаться в стороне.
Между тем, несмотря на наличие цели развития нефтегазохимического комплекса в России, а также, в том числе и наличии таких стратегических задач, поставленных президентом РФ еще в мае 2018 года (Указ № 204), как: достижение объема экспорта (в стоимостном выражении) несырьевых (!) неэнергетических товаров в размере 250 млрд долларов США в год; решение задач, которые в итоге способствовали бы достижению международной конкурентоспособности российских товаров; устранение логистических ограничений при экспорте товаров с использованием железнодорожного, автомобильного и морского транспорта; с целью роста производительности труда вовлечение в реализацию национальной программы не менее 10 тыс. средних и крупных предприятий базовых несырьевых (!) отраслей экономики, Федеральный Закон, способный помочь развитию нефтегазохимического комплекса получил жизнь лишь недавно. Некоторые наблюдатели в соцсетях нарекли подписанный Владимиром Путиным 15 октября документ «О внесении изменений в часть вторую Налогового кодекса Российской Федерации в части введения обратного акциза на этан, сжиженные углеводородные газы и инвестиционного коэффициента, применяемого при определении размера обратного акциза на нефтяное сырье» — победой государственников, которые, мол, одолели очередные препятствия, в частности, связанные с налоговым администрированием, на пути развития реального сектора экономики. Видимо, таким образом, порадовавшись за прорыв российских промышленников.
Появлению законопроекта в окончательном виде предшествовал, как сообщало в конце прошлого года издание Интерфакс, долгий спор Минфина РФ и Минэнерго вокруг темы применения обратного акциза на этан и СУГ. Нефтехимические компании давно просили налоговых льгот — как минимум с 2015 года, когда заработал налоговый маневр в «нефтянке». Чтобы нивелировать негативное влияние маневра на нефтехимию — компании опасались, что он спровоцирует сильный рост цен на сырье — был введен обратный акциз на нафту. С тех пор компании регулярно просили выровнять налоговые условия для разных видов нефтехимического сырья. Правительство сделало ставку на стимулирование переработки этана и СУГ. Этан считается наиболее выгодным сырьем для производства этилена — при меньшем расходе обеспечивается больший выход продукции. Однако из-за инфраструктурных ограничений его переработка в России практически не развита. По данным газеты «Ведомости», в добываемом России газе содержится около 10−12 млн тонн этана, а перерабатывается всего около 700 тыс. тонн. Объем производства СУГ в стране оценивается в 17 млн тонн, при этом около 40% поставляется на экспорт. Эксперты отмечают, что переработка СУГ была бы эффективнее, если бы не существовало обратного акциза на нафту. При этом, по расчетам Минэнерго, обратный акциз на этан и СУГ позволит привлечь в Россию более 3,5 трлн руб. инвестиций в ближайшие 6−7 лет, и увеличить переработку этана и СУГ на 8−10 млн тонн.
Подготовить законопроекты оба ведомства должны были еще к марту 2019 года, однако лишь к осени они определились с параметрами обратного акциза на этан. Далее возник спор, кто может получать так называемую льготу. И вот только в этом году законопроект дошел до Госдумы и к осени был одобрен Советом Федерации, отправившись на подпись Президенту. В итоге закон предусматривает льготы, для тех, кто строит новые заводы и тех, кто занимается модернизацией и расширением имеющихся мощностей. А обратный акциз на этан позволяет формировать более низкую цену на входящее сырьё для нефтегазохимии для обеспечения операционной конкурентоспособности отечественного производства по сравнению с зарубежными предприятиями.
Эксперты, называют нефтехимию — отраслью способной создавать высокую добавленную стоимость и драйвером развития смежных отраслей. Глубокая переработка этана увеличивает добавленную стоимость создаваемой из него продукции в четыре раза. Новые производства по сжижению природного газа (СПГ), как отмечал в середине октября глава Минэкономразвития России Максим Решетников, позволят загрузить работой российские машиностроительные предприятия и создать десятки тысяч рабочих мест. Один рубль валового внутреннего продукта в нефтехимии создает дополнительно 1,9 рубля валового внутреннего продукта в экономике — за счет развития перерабатывающих и потребляющих синтетическую продукцию отраслей, а также смежных отраслей — инжиниринга, машиностроения и других.
К наиболее ярким сегодня примерам, способным отразить работу будущего нефтегазохимического комплекса страны, можно отнести уже строящиеся проекты. Речь идет об Амурском ГПЗ, мощность по переработке попутного газа которого — составит 42 миллиарда кубометров в год. Именно с этого завода этан, пропан, бутан будет поступать на строящийся рядом Амурский газохимический комплекс, который станет одним из крупнейших в мире комплексов по производству полиэтилена и полипропилена.
Говоря о плюсах реализации подобных проектов, стоит отметить, что не столь важен сам факт привлечения инвестиций, сколько сам момент их привлечения — достаточно трудный для экономики России и в целом мира. Санкции, волатильность цен на ресурсы на мировых рынках — «спасибо всем, кто не желает, чтобы Россия выбралась из того места, куда ее постоянно пытаются увлечь международные друзья», наступил «час икс» для развития таких вот производств. Не воспользоваться этим случаем — скорее всего, означало бы, пройти точку невозврата.
Как писала «Российская газета», сейчас в России производится порядка 29 млн тонн СПГ в год. Работают два крупнотоннажных завода по сжижению газа — «Сахалин-2» мощностью — 9,6 млн тонн в год и «Ямал СПГ» — 16,5 млн тонн, а также среднетоннажное предприятие «Криогаз-Высоцк» — 0,66 млн тонн и несколько мелких производств. К 2025 году планируется к запуску завод «Арктик СПГ-2» мощностью — 19,8 млн тонн, проект на Балтике в Усть-Луге — на 13 млн тонн, «Обский СПГ» — 4,8 млн тонн и «СПГ-Портовая» — 1,5 млн тонн в год. Ожидается, что к 2025 году в России будет производиться около 68 млн тонн СПГ.
