Анкара и Тегеран укрепляют сотрудничество в энергетике, конкурируя с Россией
Первым зарубежным лидером, который посетит Тегеран после прорыва на переговорах по иранской ядерной программе, станет президент Турции Реджеп Тайип Эрдоган. В Анкаре вчера объявили, что намерены добиваться скидки на газ, который до сих пор были вынуждены закупать у Тегерана по завышенной цене. Не менее принципиальный вопрос — будущее транзита иранского газа в Европу. Снятие санкций в перспективе позволит Тегерану увеличить экспорт газа в Европу до 20 млрд куб. м в год, что приведет к неизбежному столкновению интересов России и Ирана. Турция же сможет усилить свои позиции в качестве регионального энергетического “хаба” и ключевого транзитера газа в ЕС.
Скидка на газ станет одной из ключевых тем, которую президент Турции Реджеп Тайип Эрдоган и министр энергетики Танер Йылдыз сегодня будут обсуждать в Тегеране.
Закупки газа у Ирана в объеме приблизительно 10 млрд куб. м в год — болезненный для турецких властей вопрос: Анкара неоднократно подавала иски в международные судебные инстанции, пытаясь добиться снижения цены на иранский газ. Сейчас в Анкаре хотят получить скидку в размере 25%. “Этот вопрос должен быть урегулирован к маю”,— заявил вчера Танер Йылдыз.
Иранский газ поступает в Турцию по трубопроводу Тебриз–Анкара пропускной способностью 14 млрд куб. м в год. Эта магистраль планировалась как часть более масштабного проекта — трубопровода “Парс”, который был призван связать газоносное месторождение Южный Парс с Европой через Турцию, Грецию и Италию, разделившись затем на две ветки: северную, ведущую в Германию, Австрию и Швейцарию, и южную, ведущую во Францию и Испанию. Мощность проекта, который так и не был реализован из-за санкций, наложенных на Тегеран, оценивалась в 37 млрд куб. м.
В 2008 году иранские и турецкие власти заключили меморандум об укреплении сотрудничества по проекту “Парс”. “Но он из-за санкций был отложен в долгий ящик,— пояснил “Ъ” партнер компании RusEnergy Михаил Крутихин.— Теперь Иран стремится наладить новый канал продажи газа в Европу”.
Танер Йылдыз вчера подтвердил, что намерен обсудить с иранскими коллегами перспективы транспортировки иранского газа через Турцию. Он уточнил: предпосылки для обсуждения этого вопроса создает прорыв на переговорах Тегерана и “шестерки” международных посредников по иранской ядерной программе, сделавший реальными перспективы снятия с Тегерана международных санкций.
По оценкам экспертов, в случае снятия санкций к 2020 году Иран сможет добывать до 215 млрд куб. м природного газа в год, а экспортировать — до 35 млрд куб. м, в том числе до 20 млрд куб. м — в Европу.
О возможных вариантах экспорта природного газа в иранском руководстве говорили с прошлой осени. Президент Хасан Роухани в ходе встречи на полях Генассамблеи ООН в Нью-Йорке в сентябре заявил своему австрийскому коллеге Хайнцу Фишеру, что в свете конфликта вокруг Украины, который может обернуться перебоями в поставках российского газа в ЕС, Иран готов предложить Европе “надежный источник газа, обладающий большим потенциалом”. В руководстве же ЕС и до этого давали понять, что изучают на перспективу возможность закупок иранского газа — в качестве меры, которая позволила бы снизить зависимость от поставок российского топлива.
В руководстве Турции до этого заявляли, что рассматривают Иран в качестве потенциального участника Трансанатолийского газопровода (TANAP) — магистрали, предусматривающей транспортировку газа с азербайджанского месторождения Шах-Дениз на границу Турции с Европой. Запустив в середине марта работы по возведению турецкого участка TANAP, власти Турции объявили: этот проект не стоит расценивать как конкурента “Турецкого потока” — проекта газопровода из России в Турцию, о создании которого президент РФ Владимир Путин объявил в ходе своего недавнего визита в Анкару (см. “Ъ” от 2 декабря 2014 года).
На днях стало известно, что азербайджанская государственная нефтяная компания SOCAR рассматривает предложение по продаже Ирану части своей доли в TANAP. А президент SOCAR Ровнаг Абдуллаев высказался о снятии санкций с Тегерана как о свершившемся факте: “После решения о снятии санкций с Ирана актуальность TANAP выросла еще больше”.
Михаил Крутихин убежден: такая перспектива привела бы к неизбежному столкновению интересов РФ и Ирана, а также к усилению позиций Турции, стремящейся получить статус ключевого транзитера газа в регионе. “Турецкие власти заинтересованы в том, чтобы стать перевалочным пунктом на пути транзита газа в Европу из Каспийского и Ближневосточного регионов”,— говорит господин Крутихин. Позицию Анкары “Ъ” разъяснил собеседник в Минэнерго Турции: “Мы приветствуем диверсификацию экспортеров газа, а в обмен гарантируем безопасность транзитных поставок по территории Турции в Европу”.
Ольга Кузнецова
Газета “Коммерсант”
