Когда в конце апреля Владимир Путин предупредил США и ЕС, что не оставит санкции против России безнаказанными, он не блефовал, отмечает корреспондент журнала Time Юлия Юзик: “На этой неделе Россия обрушилась на западных фермеров и предпринимателей, а также на дипломатические усилия Запада в Иране в рамках контрнаступления, которого многие наблюдатели не ожидали – по крайней мере, не всего сразу”.
Наиболее красноречивой ответной мерой автору кажется нефтяная сделка с Ираном. Подписанное 5 августа в Москве соглашение позволит Исламской Республике продавать России сырую нефть, приобретая на вырученные средства российское буровое оборудование и другие технологии в обход санкций Запада.
Журналистка напоминает, что с 2006 года Россия наряду с США, Великобританией, Китаем, Францией и Германией входила в так называемую группу P5+1 и участвовала в переговорном процессе, призванном не дать Тегерану обогатить достаточно урана для создания ядерной бомбы. Последний раунд переговоров прошел этим летом в Вене. Предполагалось, что ядерное соглашение будет подписано не позднее 20 июля, однако обсуждение затянулось.
По словам источников Time в иранском правительстве, взгляды Тегерана обратились к Москве из-за заминки в переговорах: аятолла Али Хаменеи лично распорядился заключить сделку с Россией. “[Аятолла] не часто вмешивается в политический процесс, но сделку с Россией он контролировал лично, поскольку Запад затягивал переговоры в Вене и выдвигал невыполнимые требования к ядерной программе”, – объяснил собеседник издания.
“Наше предложение лежало мертвым грузом до 20 июля, когда ситуация начала меняться, открывая для России уникальные возможности”, – подтвердил корреспонденту Раджаб Сафаров, глава Центра изучения современного Ирана.
Изначальные сомнения Ирана объяснимы: прежде Россия уже нарушала договоренности с иранцами. “Под давлением США и Европы в 2010 году Россия нарушила контракт на поставку передовых ЗРК С-300”. Это предательство в Иране не забыли. К тому же, как указывает иранский политолог Хасан Бехештипур, “Россия проводит монополистскую политику и хочет играть эксклюзивную роль мирового энергетического центра, так что на энергетическом рынке Россия и Иран не только союзники, но и конкуренты”.
Хотя соглашение “нефть за товары” – это скорее “меморандум о взаимопонимании”, нежели детальный договор, оно усилит позиции Ирана при возобновлении переговоров с группой P5+1. “Сторонники жесткой линии смогут более убедительно утверждать, что иранская экономика выживет и после срыва переговоров”, – прогнозирует Клифф Капчан, аналитик из Eurasia Group consultancy.
США всегда сопротивлялись сделке Москвы с Тегераном, предупреждая: всякая российская фирма, ведущая дела с Ираном, может также стать мишенью для санкций. “Однако такая тактика убыточна, – полагает Юзик. – Изолируя страну такого размера, как Россия, Запад закладывает основу для союза стран-противников США. Этот клуб государств может научиться преодолевать изоляцию со стороны Запада с помощью взаимной поддержки и торговли, а их суммарное влияние на мировую экономику и запасы энергоресурсов могут, в конечном итоге, обернуться против Запада”.
“Главным оружием Запада в борьбе с таким союзом могут стать новые санкции. Однако, как показывает российское продовольственное эмбарго, Кремль готов опережать подобные меры, изолируя себя – и своих граждан, – чтобы ослабить воздействие грядущих западных санкций”, – говорится в статье.
“С учетом текущего тренда в западных санкциях, Россия может заменить Иран в роли изгоя на мировом энергетическом рынке. Путин пойдет буквально на все, чтобы этого избежать, включая саботаж дипломатических усилий Запада в Иране. Таким образом, в то время как запрет на импорт продуктов бьет по западным экспортерам, главным театром ответных действий Путина, вероятно, останутся иранские ядерные переговоры. При этом аятолла, кажется, на его стороне – по крайней мере, пока”, – заключает Юзик.
